Мифы Древней Волги, Саратов
 

П. Березин
ОБИТАТЕЛИ СРЕДНЕГО ПОВОЛЖЬЯ С ПЕРВОБЫТНЫХ ПЛЕМЕН ДО НАШИХ ДНЕЙ
 

2. Городища междуречья Ветлуги и Вятки, материальная культура их населения.

Что же составляло материальную культуру народов, живших в нашем крае? Ответ на этот вопрос нам дают находки археологов, которые вели раскопки городищ Ветлуги, Вятки, Прикамья, изучали орудия труда, предметы быта, оружие.

Городища Ветлуги и Вятки относятся к числу так называемых костеносных. Среди них — Пижемское — последнее вверх по течению Вятки. Оно «дало изумительные, богатые и разнообразные находки; почти нет таких предметов из числа найденных на костеносных городищах, которые не встречались бы на Пижемском»

10  

(Спицын, 16). Пижма — один из путей переселения народов с Востока на Запад, городище расположено при ее впадении на высоком мысу правого берега Вятки. Оно ограничено с одной стороны крутым обрывом к ней, с другой — таким же крутым оврагом, а с напольной стороны — земляным валом высотой 4,5 м, рвом глубиной 1,5 м. Выбор места для городища предусматривал его обороноспособность, хорошо просматривались обе реки, которые были в ту пору единственными торговыми и военными путями. При раскопке вала обнаружено, что культурный слой, разделяясь, идет и под нею, и поверх него. Очевидно, он был сооружен позднее, когда восникла опасность со стороны врагов — других племен и народов.

Из-за большой археологической ценности городище раскапывалось несколько раз: в 1866 г. Алабиным, в 1888 г. А. А. Спицыным, в 1906 г. А. С. Лебедевым и в 1928 г. Институтом Антропологии, экспедицией которого руководил Б. С. Жуков. Но еще до первых раскопок площадка была изрыта крестьянами, которые искали клады и добывали кости животных (недаром название костеносных!) — кости десятками пудов отправлялись в Кукарку (г. Советск), что в шести верстах от городища, для переработки. Не считая костей и керамики, число находок на городище достигает двух тысяч. Обилие костей животных, обломков посуды, орудий труда свидетельствует о длительном пребывании здесь людей, причем нет нейтральных слоев: до X—XI вв. н. э. перерыва в обитании не было. В нижнем слое обнаружены кости лося, оленя, медведя, зайца, бобра, их примерно половина. Другая половина — кости домашних животных: на три четверти лошади, остальное — свиньи. Костей рогатого скота нет. В верхних слоях количество останков диких животных уменьшается, а домашних увеличивается, появляются кости коровы, овцы. Также найдены рыбные кости. Очевидно, на первых порах источников существования обитателей городища в первую очередь была охота, потом скотоводство и рыболовство. Наличие костей бобра свидетельствует, что охота носила промысловый характер — пушнина была предметом торговли. В ввиду того, что признаков плужного земледелия в городище нет, вероятно, можно считать, что лошадь была транспортным средством и употреблялась в пищу. Разведению свиней способствовало наличие дубов. В верхнем слое кости лошади составляют 63,8% от общего количества костей домашних животных.

Интересны орудия труда и предметы быта. На протяжении длительного времени их делали в основном из костей: наконечники стрел, копий, гарпунов, ножей, острог, удочек, шильев, вязальных игл, кодочигов, пряслин. Обнаружены наконечники боевых молотов из полых трубчатых костей. Они скошены и заострены с одного конца и прикреплялись к деревянным рукояткам. Подобные боевые молоты находили в Поветлужье на Одоевском городище. Есть наконечники стрел, скребки, бруски, точила из кремня. Найдены зерна полбы, колосовых культур, семена конопли: у населе-

11  

ния было примитивное земледелие, пряслица и конопля свидетельствуют о ткачестве.

На 900 находок приходится всего шесть железных, отмечает А. А. Спицын. Шесть железных пришлось и на 333 предмета, найденных А. А. Лебедевым, из 47 предметов, найденных экспедицией Б. С. Жукова между тем из железа — 16. По мнению А. А. Спицына, из-за дороговизны металла железными делались только необходимнейшие орудия первоначальной обработки кости, ножи, бурава.

На костеносных городищах была развита металлургия. На Пижемском, к примеру, вскрыта кладка очага несколько небольших обожженных камней. Глубина кладки — до метра. В очаге и вокруг найдены кусок железа, шлак, глиняная льячка, небольшое железное кольцо, металлический перстень, костяное пряслице, волокна грубой ткани, зерна хлебных злаков. Из глиняной посуды преобладает круглодонная с примесью в тесте толченой раковины. Среди других предметов есть каменный жернов, нижняя вогнутая и верхняя выпуклая части имеют в диаметре около полуметра, в нижней есть отверстие до пяти сантиметров в диаметре. Судя по найденным костяным предметам, обитатели городища работали с лыком и берестой. В музее Советска хранятся формы для отливки топоров-кельтов и мелких бронзовых украшений.

«По всем признакам костеносные городища относятся к очень отдаленным временам и стоят ближе к бронзовому веку, чем ко времени преобладания железных орудий»,— писал А. А. Спицын (15).

Более подробно исследованы городища Поветлужья — Русенихинское (7 км от р. п. Воскресенское), Богородское (Варнавинский район), Одоевское (30 км вверх от г. Ветлуга), Паново (близ с. Рождественского Шарьинского района), Шангское (в устье р. Шанги). Они, кроме последнего, неоднократно раскапывались, в том числе и экспедицией Б. С. Жукова, в состав которой входили Е. И. Горюнова и О. Н. Бадер. «Ветлужские городища,— писал Бадер,— представляют собой достаточно типичные укрепленные поселения, но не вполне однородные. Хронологический диапазон ... велик и достигает двух тысяч лет. При этом древнейшие городища расположены на Ветлуге довольно равномерно по нижнему и среднему течению. Часть городищ имеет по два, три или даже четыре разновременных культурных слоев, распадающихся на несколько последовательных групп, отражающих исторические процессы. Они относятся к ананьинской культуре».

Эта культура раннего железного века существовала в VII—III вв. до н. э. главным образом в Прикамье и получила название по могильнику в пойме Камы у д. Ананьино близ Елабуги. Ананьинцы были преимущественно монголоидами с небольшой европеоидной примесью. Их занятия — подсечное земледелие, скотоводство, охота, рыбная ловля. Им были известны металлургия меди и железа, обработка кож, растительного волокна, ткачество. Наряду с

12  

патриархатом в памятниках ананьинской культуры есть следы матриархата — последней стадии родового строя. Городища располагались на мысах высоких обрывистых берегов и были защищены с напольной стороны мощными по тем временам укреплениями — рвом, валом с частоколом. Жилища — полуподземный бревенчатый дом длиной больше 40 м и шириной 4 м и с открытым очагом внутри — типичные для матриархата. Орудиями ананьинцев были лук и стрелы с каменными, костяными, бронзовыми и железными наконечниками, бронзовые втульчатые шестигранные топоры-кольты с деревянной рукояткой, изредка в богатых погребениях встречаются железные мечи, кинжалы, боевые молоты из бронзы и железа. Земля обрабатывалась костяными мотыгами, зерна размалывались каменными зернотерками. Украшения состояли из бронзовых, изредка серебряных шейных обручей, бляшек, височных колец, браслетов, бус. Глиняная посуда лепилась от руки в виде круглодонных низких чаш с выпуклым валиком вокруг горла и орнаментом в верхней части.

Одоевское городище на обрывистом правом берегу Ветлуги и крутого оврага имеет типичное расположение, ров, вал. У него четыре культурных слоя. Нижний представлен слабо. И определить его культурную принадлежность невозможно, там преобладают каменные орудия. Третий слой отнесен к VII—V вв., второй — к IV вв. до н. э. Ранняя керамика Одоевского и других городищ Поветлужья близка к вятско-камским, к пижемскому, материал третьего слоя напоминает второй, который относят к поздне-ананьинской и ранне-пьяноборской культурам. Между первым и вторым слоями прослеживается увеличение вала, значит, были угрозы нападений.

Пьяноборская культура III в. до н. э. Западного Приуралья и Прикамья названа по могильнику у с. Пьяный (ныне Красный) Бор близ Елабуги на Каме, открытому в 1880 г. Это дальнейшее развитие ананьинской культуры. Принадлежит она, вероятно, предкам удмуртов, зырян и мари. Наряду с мотыжным земледелием у пьяноборцев большое значение имели скотоводство (лошади, свиньи, мелкий и крупный рогатый скот), ловля рыбы, бортничество, охота, особенно с развитием обмена — пушная. Добывались и обрабатывались металлы — бронза вытеснялась железом, это увеличивало число орудий из рога и дерева. Поселения — патриархально-родовые общины — нередко находились на месте ананьинских городищ. В мужских погребениях железные топоры, ножи, стрелы, в женских — бронзовые украшения: шейные гривны, браслеты, нагрудные бляшки, эполетообразные застежки, накосники. Римская бронзовая посуда, монеты из Средней Азии свидетельствуют об отдаленных торговых связях.

Одоевское городище, как и Пижемское, богато орудиями труда и предметами быта из кости, включая боевые молоты из крупных полых костей. Его относят к вятско-камским костеносным. 75% обнаруженных костей — диких животных, только четверть домашних (из них 74% —свиных). Много останков рыб. Основой жизни

13  

была охота; рыболовство, скотоводство (свиньи, лошади, коровы) были слаборазвиты, несколько лучше — земледелие. «Представляется очень важным, что верхний слой Одоевского городища и аналогичных ему городищ в Поветлужье в культурном отношении не связан с предшествующим ему вторым слоем..., относящимся к поздне-ананьинскому и ранне-пьяноборскому времени. В частности, керамике... В более восточных районах на Вятке и Каме, где такая связь налицо, керамика до позднего времени (XVI в.) продолжает оставаться круглодонной, с примесью раковины в глине и т. п., что указывает на ее продолжение дневнейшей ананьинской» (Бадер, 155). Такой же точки зрения придерживаются и другие исследователи ветлужских городищ.

Чертово городище находится на высоком (21 м) мысу над поймой правого берега Ветлуги и оврага. С напольной стороны сохранился деформированный вал (2 м) и ров. Раскопкам его подвергали в 1903 г. Н. М. Бекаревич, в 1908 г. В. И. Каменский, в 1925 г. экспедиция Б. С. Жукова, в 1957 г. экспедиция Марийского НИИ и Горьковского краеведческого музея под руководством А. X. Халикова и А. Е. Безуховой. Каменский нашел 931 предмет. Два диоритовых топора хранятся в музее г. Ветлуги. Исследователи полагают, что городище имеет четыре разновременных археологических памятника, нижний слой относится к эпохе бронзы — к фатьяновской культуре. «Можно полагать, что на месте Чертова городища в I половине II тысячелетия до н. э. существовал фатьяновский памятник, скорее всего могильник, разрушенный более поздними поселениями» (Халиков, Безухова, 8).

Фатьяновская культура занимала на рубеже III и II тысячелетия до н. э. Поволжье от современных Ярославля до Чувашии, бассейны Москвы, Клязьмы, Суры. Название в 1903 г. ей дал А. А. Спицын по могильнику у д. Фатьяново под Ярославлем (открыт в 1875 г.). Поселений обнаружено мало, культура известна главным образом по могильникам. Узоры и формы сосудов в погребениях имеют много сходства со среднеднепровской керамической, что свидетельствует о генетической близости культур. Полагают, что фатьяновцы появились по Днепру, Десне и Сожу, достигли Волго-Клязьминского бассейна, вытеснив неолитические племена охотников-рыболовов. Это скотоводы, знакомые уже с металлургией бронзы. Их могильники — на береговых пойменных возвышениях, скелеты в скорченном положении лежат в больших грунтовых ямах на подстилке из коры. В могилах много каменных орудий: скребки, ножи, резцы, топоры, долота. Из оружия типичны каменные полированные и сверленые, бронзовые вислообушные топоры, копья. Украшения — медные и серебряные спиралевидные височные кольца с трубчатыми пронизками, посуда круглодонная тонкостенная, часто лощеная, шейки и плечи сосудов покрыты мелкими нарезными или зубчатыми, реже веревочными орнаментами. Типичный узор — полосы, заштрихованные фестоны, ромбы. Есть совместные погребения мужчин и женщин, это говорит о том,

14  

ни у фатьяновцев уже сложились патриархально-родовые отношения.

При раскопках вала и площадки Чертова городища еще Каменский вскрыл возле вала нижний слой, найдя там глиняную посуду с примесью в тесте толченой раковины, шнуровым орнаментом, кости животных, орудия из них — гарпуны, наконечники, стрелы. Эти находки подобны сделанным во втором слое Одоевского городища. Найден медный топор-кельт. Судя по всему этому, население принадлежало к ананьинской культуре. В верхнем культурном слое Каменский обнаружил глиняную посуду с примесью в тесте шамота, груды шлака, льячки, литейные формы, тигли, железные ножи, рыболовные крючки, костяные наконечники стрел, обломки медных изделий. Разница между слоями очевидна: разные примеси в гончарных изделиях, уровень обработки металлов: одна культура сменяется другой, это подтверждают и более поздние раскопки. Как и на Одоевском, на Чертовом городище между нижним и верхним слоями следы значительных земляных работ, надо думать, по увеличению вала. Верхняя посуда — плоскодонная, с примесью шамота и дресвы в тесте, «в целом увязывается с керамикой позднегородецкой культуры районов Поволжья и для Поветлужья является привнесённой... Время появления этого типа посуды в Поветлужье, по-видимому, относится к концу I тысячелетия до н. э. Но всяком случае, она уже единично встречается во втором слое Одоевского городища (около 15%), датируемом II половиной I тысячелетия до н. э. и становится преобладающей в первом слое Одоевского и нижних горизонтах Чертова городища. Время нижнего горизонта последнего городища устанавливается лишь как предшествующее времени образования верхнего слоя, которое по целому ряду вещей определяется в пределах III—V вв. н. э. (Халиков, Безухова, 15).

Городецкая культура племен, живших в VII в. до н. э.— IV в. н. э. по среднему течению Оки в бассейнах Цны и Мокши, получила название по месту первых находок в 1898 г. у с. Городец возле Спасска-Рязанского. Памятники в виде укрепленных городищ — остатков родовых поселений патриархальных общин, найдены остатки жилых строений, предметы обихода — пряслица, грузики для веретен, уплощенно-пирамидальные грузила, посуда с узором, напоминающим отпечатки рогожи. Обитатели городищ были скотоводами, земледельцами, охотниками, рыболовами, умели обрабатывать бронзу и железо. Племена городецкой культуры — предки мари, мордвы, чувашей.

Смена культур Одоевского и Чертова городищ «отражает процесс смешения культурных черт пришлого и местного населения, происшедшего при их сосуществовании. При этом наблюдается постепенное преобладание материальной культуры пришлого населения, которое, очевидно, в первых веках н. э. становится господствующим, а после III в. н. э. совершенно исчезают в керамике традиции культуры местного населения I тысячелетия до н. э. и

15  

единственным керамическим материалом становится плоскодонная посуда позднегородецкого облика. Едва ли во всех случаях проникновения пришлых племен сопровождались столкновениями, как считает О. Н. Бадер. Скорее всего это проникновение происходило более мирным путем, первоначально характеризуясь моментами сосуществования при постепенном преобладании черт материальной культуры пришлых племен» (Халиков, Безухова, 15—16).

Вывод этот основан на том, что черты позднегородецкой культуры в посуде появились постепенно, сосуществование продолжалось не одно столетие, пока местное население не было полностью ассимилировано пришлым племенем. В начале процесс проникновения был просачивание, затем в III—IV вв. идет массовое перемещение. Ассимиляция обусловлена тем, что пришлое население стояло на более высокой ступени экономического развития. Позднегородецкое поселение на Чертовом городище — это III — начало VI вв. н. э.

Раскопки обнаружили могильник, относящийся к концу существования городища — три погребения, одно с предварительным трупосожжением. Найдено много украшений из меди, латуни, серебра — нагрудные подвески, браслеты, колечки, пронизки, есть костяные наконечники стрел, глиняные льячки, каменные литейные формы. О некотором экономическом неравенстве свидетельствует наличие в одном из захоронений серебряных вещей. В 1957 г. в верхнем слое были найдены предметы, характеризующие быт, уклад жизни этой эпохи: железный нож, шило, каменные формы для отливки металла, костные наконечники стрел, украшения — бронзовые бляшки, медные поясные накладки, бусины из стекла, обломки бронзового браслета. Количество костей домашних животных уже преобладало над дикими, был мелкий скот. Население знало ремесла: кузнечное, литейное, гончарное, обработку дерева и кости. Можно сделать вывод, что преобладало скотоводство, усиливалось мотыжное земледелие, хотя и не играло ведущей роли. В этом и проявилась более высокая материальная культура пришлого населения. Судя по погребальным обрядам и украшениям, верхние слои Одоевского и Чертова городищ принадлежат предкам марийцев.

Если Русенихинское и Богородское городища имеют много общего с Одоевским и Чертовым, то Панове — более древнее, относится к неолиту. В 1925 г. экспедиция Б. С. Жукова обнаружила здесь «комплекс орудий труда и охоты каменного века: кремневые наконечники стрел, копий, скребки, каменные шлифовальные долота..., посуда близка по некоторым типам посуде ранней эпохи железа» (Жуков, 249).

Возникает вопрос о проникновении прикамских племен в Поветлужье. Исследователи приходят к выводу, что «первоначальное заселение Поветлужья ананьинскими племенами шло, по-видимому, с верховьев реки, где она системой мелких притоков близко

16  

соприкасалась с Вяткой, где концентрация населения ананьинского времени гораздо больше» (Горюнова). Пижма, один из притоков среднего течения Вятки, близко подходит к Б. и М. Какшам, Усте  оссеина Ветлуги. Заметим, что Чертово, Одоевское и Панове городища — наиболее древние — находятся в 5—30 км от устья Б. и М. Какш, а Русенихинское — близ впадения Усты. Пижма в глубокой древности была заселена обитавшими по Каме и Вятке племенами, предками коми, удмуртов, зырян, вотяков.

Общеизвестно, что финно-угорские племена искони обитали в Предуралье — на востоке и северо-востоке Европы (точнее считать их родиной Южный Урал, датируя распад их общности V тысячелетием до н. э.— Н. М.). Часть их двинулась на запад, заселила будущий север России (чудь заволоцкая), Поволжье (мордва, мари), Прибалтику (эсты, финны), Тиссо-Дунайскую долину (венгерцы). По пути движения возникали контакты с местным населением, оно вытеснялось, ассимилировалось, так предки мари ассимилируют племена ананьинской культуры. «Поветлужье необходимо рассматривать как крайний на западе район ананьинской культуры» (Бадер, 151). «В середине I тысячелетия н. э. на основании археологического материала можно наблюдать как бы разрыв связей Прикамья с Поветлужьем, последнее как бы становится в стороне от этого пути, по которому издавна происходили сношения с Вятско-Камским районом» (Горюнова, 19). Причина этого, вероятно, и марийской колонизации в тот период междуречья Вятки и Ветлуги.

Переселенческий поток с востока на запад оставил свой след в названиях рек на -юг (древнее зырянское обозначение реки) (Вопросы топонимики, 19). Они начинаются с бассейна Моломы (течет с севера на юг, впадая в Вятку в семи км выше Котельнича) — Кузюг, Шубрюг, Верлюг. Параллельно Моломе течет, впадая в Ветлугу, Вохма с притоками — Карюг, Б. и М. Парюг, Нюрюг. В верхнем течении Ветлуги — Матюг, Пыщуг. Северней берет начало Юг с притоками в верхнем течении — Кузюг, Пичуг, сливаясь с Сухоной у г. Великий Устюг. Этот переселенческий поток шел далее на запад до верховьев притока Унжи Межи, в которую впадают Мичуг и Конюг.

В 1957 году Марийским НИИ и Горьковским краеведческим музеем также подвергнуты раскопкам Веселовский могильник и Черемисское кладбище. Веселовский могильник расположен на дюнном всхолмлении левого берега М. Какши близ д. Семеново. Вскрыто 15 погребений, причем два после трупосожжения, но с полагающимся инвентарем. Захороненные были в полном одеянии (вид которого можно восстановить), с украшениями, орудиями труда, предметами быта, оружием. На голову надевалась кожаная повязка с медными бляшками и цепочкой из мелких колечек. На шее — украшения из серебряной витой проволоки, так называемые гривны. На груди — оригинальные бронзовые подвески. На руках до 15—17 бронзовых и серебряных браслетов. Одежда обыч-

17  

но меховая, подпоясанная кожаным ремнем с серебряными или медными накладками, на ремне — кинжал в деревянных ножнах с латунной оправой. В специальном кожаном мешочке — трут, камешки и кресало для высекания огня (не во всех погребениях). Наряду с богатыми были бедные захоронения, однако в каждом найдена посуда — железный или медный котел или глиняный горшок. Обнаружены лесорубные широколезвенные топоры, тесала, шилья, оружие — копья, колчаны со стрелами, две серебряные чаши восточной работы с чеканным орнаментом, серебряные монеты диргемы (одна чеканена в Булгаре в 987 г.). Веселовский могильник относится к IX—XI вв., когда основой жизни населения были пашенное и подсечное земледелие, скотоводство, охота и рыболовство. Главным орудием подсечного земледелия был топор (найдены в семи погребениях). При раскопках 1927 г. в одном из захоронений обнаружены мешочек с полбой и просом. Для обработки зерна пользовались ручным каменным жерновом. Судя по обнаруженным остаткам шкур и шерстяных тканей, держали овец и коров. Был широко распространен пушной промысел, меха шли на торговый обмен. Найдены рыболовные остроги, крючки, кости рыб, во всех могилах попадалась льняная ткань.

Находки могильника свидетельствуют о высокоразвитых ремеслах, а наличие однотипных предметов — об обособленности ремесел. Кузнецы изготовляли топоры, тесала, наконечники стрел, ножи, знали приемы ковки, сварки, клепки. Из дерева делались чаши, рукоятки, обрабатывались кожи, меха для обуви, одежды, перчаток, сумок, кошельков, ножен, изготовлялись льняные и шерстяные ткани, их красили, есть изделия из кости — гребенки, рукоятки ножей и шильев. Большие успехи достигнуты в ювелирном деле — изготовлении украшений из меди, бронзы, латуни, олова, свинца, серебра. Были известны приемы литья, ковки и чеканки цветных металлов. Материал для этих изделий, по мнению исследователей, привозился из Прикамья, где в то время складывались народности коми и удмуртов. Наличие бедных и богатых захоронений — свидетельства зарождения имущественного неравенства.

Среди предметов попадались и близкие к находкам из курганов мери, могильников муромы и мордвы, что свидетельствует о связях мари с этим населением, с волжскими болгарами, удмуртами, славянами. От болгар к марийцам попадали некоторые серебряные вещи: украшения — серьги, витые браслеты с каменными вставками, монеты-диргемы, изделия мастеров Востока — чаши (Халиков, Безухова, 55—58).

В. И. Каменский провел раскопки Черемисского кладбища VIII—X вв. н.э. на левом берегу Луданки, притока Ветлуги, у старинного тракта Ветлуга — Котельнич.

В междуречье Вятки и Ветлуги сделано много и других находок. Экспедиция МарНИИ обнаружила каменные наушные топоры, топоры-молоты между д. Родиха, Никитиха и Семенове близ Веселовского могильника.

18  

Нще в прошлом веке А. А. Спицын отметил «значительное скопление каменных орудий в Вятской губернии у с. Окатьево на Моломе, возле ее устья, у с. Юмского, д. Ивинской, по среднему течению и близ устья Пижмы, на ее притоках Яранке и Иже». Он считал, что в глубокой древности были заселены только эти территории губернии (Спицын, 2).

В карьере с гравием между д. Плащанер и Касканцел Тоншаевского района обнаружены черепки глиняной посуды с так называемым ямочно-зубчатым орнаментом, относимые археологами к имшевской культуре, существовавшей во II половине II тысячелетия до н. э. в Среднем Поволжье и предшествовавшей ананьинской.

По дороге из Ошкат того же района к р. Арбе (приток Ошмы) среди леса на возвышенности сохранились следы древнего поселения, житель д. Родюшата А. А. Втюрин нашел там каменные проушные топоры.

Возле с. Н. Шорино Шахунского района (возникло в 1890-х гг.) крестьянин А. М. Воронцов при распашке поля нашел каменный хорошо обработанный предмет длиною около 45 см, толщиною до 20 см, в нижней части в виде сошника. Верхняя часть цилиндрическая с выемкой глубиной до 20 см и диаметром около 15 см, стенки выемки имеют сквозное отверстие. По мнению крестьян, предмет служил сошником, надевался на соху и закреплялся шкворнем.

В д. Девятерики, как рассказал колхозник М. М. Козлов, при распашке земли из-под леса замечены признаки полос и найдены каменный ручной жернов, по форме и размерам похожий на находку в Пижемском городище, железные сошники-ральники, предмет, напоминающий топор с проухой и лезвием в виде полумесяца. На одном из полей при вспашке обнаружены остатки кирпичного фундамента. По имеющимся сведениям, тут еще в середине XVII в. жили марийцы, потесненные русскими.

В местечке Каравашек в среднем течении М. Какши недалеко от Веселовского могильника найдены железный меч, кольчуга, шлем. У д. Крутик (Тоншаевский район) при рытье силосной ямы в 1958 г. на берегу Шукшума и глубокого оврага найдены кости людей — взрослых и детей, широколезвийный топор, железный меч, остатки шлема. Об этом сообщил житель д. Ворожцово К. И. Ворожцов.

На правом берегу Какши близ устья Вахтана после опашки молодняка лесной объездчик С. Р. Свинцов нашел железные наконечники копья, пешню, стрелы на крупного зверя. Большой ржавчиной покрыт только наконечник одной стрелы.

Среди древних покинутых поселений представляет интерес то, где сейчас д. Пурлы близ р. п. Пижма. Ей около 150 лет, она возникла на высоком холме, покрытом вековым хвойным лесом с примесью дуба и липы, где марийцы занимались бортевым пчеловодством. На одном из склонов с незапамятных времен находился ко-

19  

лодец Боярский с дубовым срубом. При освоении земли новоселы обнаружили там следы бывшего поселения — признаки полос с еле заметными бороздами, могильника, нашли орудия труда и предметы быта. В сборнике «Костромская старина» за 1890 г. дан ответ земского начальника II участка Ветлужского уезда Кишкина (его канцелярия находилась в с. Тоншаево) на запрос Костромского губернского археологического общества о наличии в пределах волости следов древних покинутых поселений: «В поч. Пурлах на одном из возвышений лет 15 тому назад были видны ямы, то есть признаки могил. Место это занимает 30 саженей в ширину и столько же в длину. Лет 16 тому назад в этой местности выкопаны кости скелета человека». Спустя два года Кишкин вторично сообщал, что там «при очистке из-под леса земли и при распашке были найдены две стальные сабли и шпора, кроме того, ... различной величины замки, ключи от них, ральники от сох, кузнечные слитки, бесформенные части железа, угли, причем, эти предметы не такой формы, какой они были в известное старожилам время».

В 1912 г. у Боярского колодца велись археологические раскопки. Сведений об их результатах не опубликовано, однако непосредственный участник работ крестьянин д. Пурлы Яков Семенович Мордвин, умерший в 1970 г. в возрасте 80 лет, рассказывал, что археолог отвечал на вопросы местных жителей: городище покинуто людьми, судя по находкам, около 400 лет назад (рубеж XV и XVI вв.), некоторые захоронения проведены наспех.

Известно, что в нашем крае нет залежей железной руды. В условиях средневекового бездорожья железо для кузнечных работ вряд ли могли завозить в тайгу издалека. Вернее всего, сырьем служила болотная руда, а выплавка носила примитивный характер.

Видимо, кузнечный промысел не ограничивался Пурлами, в 4 км от Тоншаева находится урочище Апшатнур (с марийского «кузнечное поле»), а ведь ни одно подобное название не возникает случайно, вероятно, и там существовало поселение, жители которого занимались кузнечным промыслом. В середине XVIII в. там возникла деревня, в связи с христианизацией местных марийцев ее назвали по имени новосела марийца Фирса — Фирсово, но под таким названием она значилась лишь в книгах учета, в обиходе же ее звали только Апшатнур.
 

[Previous] [Next]
[Back]